Ուզում եմ հավատալ, սիրել, հուսալ...

Ուզում եմ հավատալ,

Բայց հավատս ածխացել է

Այրող հրերիդ դեմ...,

Մոխրացել է աչքերիդ բոցից,

Ու լոկ հալված մոմի նման

Թույլ փրթփրթում է,

Դողալով կանգնած

Բաց պատուհանից

Սրտիս մեջ փչող

մեղմ քամու դիմաց:

Ուզում եմ սիրել,

Բայց քո կաշկանդող

Հայացքի դիմաց

Սերը հանցանք է թվում՝

Գերագույն:

Անգույն օրերիս

Հաստատուն ավարտն արդեն

Գծագրվում է,

Թվում է

Երբեք չեմ կարող

Սիրել,

Տիրել՝

Քո անձեռակերտ

Մարմարյա մարմինդ..

Ուզում եմ հուսալ,

Բայց հույսս ահա

թոկը գցել վիզը,

Իրեն կախել է

քո լուսամուտի

Դիմացի ծառից:

Հուսալ եմ ուզում,

Բայց դու վայրաբար,

Աջ-ձախ նայելով

Հապճեպին տալով

Թաղում ես դեռ տաք

Դիակը հույսիս...

Դե եկ,հավատա,

Սիրիր,

Ու հուսա...

Առաջինին միշտ վերջն է պոչկապվում...

Քայլում էինք կողք կողքի...

Քայլում էինք կողք կողքի,

Համր էինք,

Համրընթաց...         

Ձեռդ ձեռքս էր գուշակում

Մթության աննշմարելիում...

Ոտքերով խաչաձևում էինք`

Գծագրելով սիրո անսահմանություն:

Բայց անփույթ էինք մենք

Սիրո մեջ,

Կյանքի մեջ

Ու կյանքեր խաչելում:

Ու գնում եմ հիմա մեն-մենակ,

Լուռ եմ,

Համրընթաց,

Ձեռքերս են սառչում գրպանում՝

Սիրուց էլ առավել պաղած:

Անցյալի մասին...

Անցյալի մասին ես դեռ

Ներկայով եմ խոսում.

Սերս է հոսում,

Ու դեռ

Զգացմունքդ եմ ենթարկել փորձում:

Սիրո այս անգոյությունից

Մի տեսակ խելառվել եմ,

Ուզում եմ նկարել թախծից՝

Երակիս ջրե արյունով,

Կտավել քեզ սրտիս մաշկին

Ու հագուստվե՜լ,

Հագուստվե՜լ այնքան,

Որ սիրտս բանտ դառնա՝

Թավշյա՜,

Ուզում եմ ունենալ քեզ՝

Որպես Թռչուն`

Բանտվա՜ծ,

Սրտիս անդառն

Ու ալեխառնված այս գոյարանում...

Անցյալի մասին դեռ

Ներկայով եմ խոսում,

Իսկ սերդ անհնազանդ

Բանտիս դռներն է ծեծում...

«Մեր»-ի մեջ մեռել է հոգին

Ու թվում է հիմա պատերը մերկացել են,

Մրսում են՝ աստառից զրկված

Ու թվում է նրանք կարոտում են...

Բայց կարոտն էլ մնացել է կարոտած...

Ու գգվում եմ անցյալի քարակույտ հենքին,

Փաթաթվելու է գալիս ինձ դողը պատերի,

Հասկանում եմ,որ «Մեր»-ի մեջ մեռել է հոգին,

Եվ,ավաղ, չենք դառնալու էլ...

Օձագալար մոտենում են հուշերը մտքերիս,

Ու նորից պատկերդ փյունիկվում է հոգուս մեջ,

Թեկուզ «մենքը» չկա, բայց էլի մեր մեջ

Վերադարձի հույսներն են կայծ տալիս:

Ասք զինվորի մասին (պոեմ)

Գնաց Զինվոր-քաջը մարտի՝

Սրտում պահած դեմքեր հազար,

Գնաց,որ իր հողը փրկի,

Ու խափանի մահեր հազար:

Փորձառու չէր, ոչ էլ դյուցազն,

Պատանի էր՝հազիվ տասնութ,

Քանի-քանի տաքուկ երազ

Փայփայում էր հոգու մեջ մութ:

Բայց չգիտեր ուրիշ ճամփա.

-Պի՛տի գնամ, պապս կասեր,

Կամ պիտ մեռնեմ կամ էլ, ահա,

Վերառանամ՝ փրկած կյանքեր:

Ու գնաց մեր Քաջը մարտի,

Գնաց կանգնեց իր դիրքերում,

Թեկուզ պայթեր ռումբը թուրքի,

Վախ չէր ծնվում նրա սրտում:

Ու նա կռվեց, թրեր կռեց,

Թաղեց ձեռքը հողում հայի,

Չտրտնջաց, լսել չուզեց

Հազար թախանձ վերադարձի:

Գիշերային որբ հոգու հետ

Հանգիստ առավ նաև մահը,

Իր ձեռքն առավ(միշտ սրի հետ)

Մի թիզ մատիտ՝ գրեց Քաջը.

-Բարև,մա՛յր իմ, բարի՜ ծնողք,

Ո՞նց եք էդտեղ գլուխ պահում,

Ապու մեջքը էլի զոռու՞մ,

Գիշերները ո՞նց է քնում:

Ո՞նց ես արդյոք  և դու՛,մա՜յր իմ,

Կարոտել եմ,ա՜խ անասել,

Միայն թե, տե՜ս,ո՛չ մի արցունք,

Որդիդ լավ է, ո՛չ մի լացել:

Քույրս ո՞նց է, հիվանդ հո՞ չէ,

Դեմքից ժպտիը չի՞ վերացել,

Դու փոխանցիր,որ այս մարտում

Իր ժպիտն է հոգիս լցրել:

Կգամ շուտով,անու՛շ ծնողք,

Դարդ մի՛ արեք, որդիդ կգա,

Բայց քանի դեռ թուրքը սրով

Սողոսկում է երկրիս վրա,

Ո՛չ մի տունդարձ, ո՛չ մի արցունք,

Միայն արյուն, գանգեր չորուկ,

Երբ կռիվս կտա արդյունք,

Դառնամ էնժամ ձեր գիրկ տաքուկ:

Ծալեց թուղթը, դրոշմ արեց

Իր մահազգաց շուրթով դալուկ,

Թուղթը ծալեց, սրտին դիպցրեց,

Ժպտաց դառը ու անշշուկ:

Արև բացվեց՝ արյուն հագած,

Վերսկսվեց մարտը ահեղ,

Արյուն հագան դաշտեր վարած,

Թափվեց թուրքը որպես հեղեղ:

Ու ջարդ տվին քաջերը մեր,

Ամեն մինը տասը թուրքի

Ուղարկեցին ծոցն Ալլահի,

Որ գեթ այնտեղ հանգիստ գտնի:

Բոլորից քաջ, աչքերն՝ արյուն,

Ձեռքերը՝ շանթ, կուրծքը՝ վահան,

Կռվում էր Քաջը աննկուն՝

Հետև թողած բեռը մահվան:

Իր մի ձեռքով կռվում էր նա,

Ասես՝ մի նոր հերոս ազգի,

Բայց թե նրան ուժ էր տալիս,

Ընկած ընկերի վրեժն ամեհի:

Բայց ո՞ր դավաճան դիպվածի բերմամբ

Իր ընկերքի պես ընկավ մեր Քաջը,

Նա ցողեց փրկած  հողը իր արյամբ,

Որ հողից ծնվի ազգի մարմաջը:

Հանգավ կռիվը, իջավ վարագույր,

Ազատ էր հողը թշնամու ոտքից…

Պատրաստ էր պահում որդուն մի համբույր,

Զառամյալ հայրը՝ընկած ձեռ-ոտից:

Ծիծաղը դեմքին շեմքին միշտ պատրաստ

Մեր Հերոս-քաջի քույրն էր կանգնած,

Մայրը ձեռքն աչքին՝ սպասո՜ղ, զգաստ,

Էն հանդի ծերին հսկում էր հոգնած:

Ու բերին քաջի դիակն արնաշաղ՝

Ձեռքի մեջ բռնած մի թուղթ քառածալ,

Հարգանքով զինվոր-տղերքը ծնկան,

Համբույր տվեցին այտերին մատաղ:

Լուռ էին ամենքը պահից շանթահար,

Միայն մայրն էր,որ քթի տակ կամկար

Խոսում էր, ժպտում, հեկեկում մերթ-մերթ,

Իր վերջին խոսքն էր փոխում որդու հետ:

Ծնկեց և մայրը. դողացող ձեռով

Սրբեց ճակատը որդու արյունից,

Համբուրեց խոցերը նրա՝ հևալով

Ու խեղդվելով իր իսկ արցունքից,

Նա այսպես խոսեց որդու հետ հերոս.

-Չէ, բալե՛ս, գիտցի՛ր,բնավ չեմ լացում,

Միայն թե Աստված չգիտի,ափսո՜ս,

Որ որդուց առաջ ծնողն են առնում:

Դու հանգար, հանգավ և մեր արևը,

Սառեց ժպիտը քրոջդ դեմքին,

Բա մենք ի՞նչ անենք, եթե վերևը

Որոշեն պահել մեզ երկրի երեսին:

Բա մենք քեզ էլ ե՞րբ մեկ էլ կտեսնենք,

Բա մեղք չե՞նք, որդի՛, մի՛ լռիր խոսա՜…

Ու ուշքից գնաց պառավ մայրը խեղճ,

Ու այսպես քանի-քանի մայր,ասա՛,

Ընկան խելագար, կարոտ որդոցն իր,

Ու քանի քույրեր սևեր հագան հար,

Թաքցրին ժպիտը վերևի համար:

Ինչքան էլ դառը չլացեք, մայրե՛ր,

Հայրենի հողի ձայնին ենթակա

Պիտի կռվեն ձեր որդիքը հիմա,

Ազատության գինն էս է, թե որ կա…

СКАЗКА НЕ ДЛЯ ВСЕХ (рассказ)

“Было время, когда люди были добрыми, было время, когда в ответ твоему любезному привету ты получал широко открытую улыбку. А сейчас?”- думал Бескрылый, помрачневшим от осеннего мрачного дождя лицом.  

*** 

Он родился неожиданно. Никто не нуждался в нем. Никто не ждал его в новой жизни. Он родился мертвым для всех. Его ждали только холодные, почерневшие от дровяной печки стены детского дома. А он ждал от жизни лучей солнца. У Бескрылого в  жизни была только одна мечта: он хотел, очень хотел, чтобы так ласково обнимающие его руки во сне в один день стали реальными. Он хотел в одно утро проснутся в собственной комнате, он хотел сам обставить свою комнату,и он даже знал как. Из фильмов которые он видел в детском доме в то короткое время, что уделяли для просмотра телевизора, он знал, что в природе есть водопады, что они без крыльев как он сам, но они смелые, потому что безумно прыгают вниз – не думая о безопасности. Бескрылый мечтал повесить в своей комнате картину самого храброго из них. Он также узнал от других детей из детского дома, что там - Снаружи,можно в собственной комнате вырастить цветы. Бескрылый мечтал о том, чтобы просто украсить свою комнату цветами. Он хотел дать жизнь чему то, он был уверен, что мог бы стать хорошим Опекуном для этих цветов. Верх своей кровати Бескрылый хотел украсить фотографиями самого чудного, самого доброго, самого хорошего человека в мире– той женщины, кто станет его матерью. Мечты иногда имеют привычку давать крылья, но после пробуждения место вырванных крыльев болит так, как болит только что ампутированная нога, как будто она еще на своем месте.  

***  

В детском доме, отличающиеся от здоровых своими очевидными болячками, получали прозвища.И так его прозвали Бескрылым. А кто он? Никто не знал. После мглистой, ужасно холодной зимней ночи нашли его возле закрытых дверей детского дома. Одиннадцать лет назад. Без имени, без одежды, окутанный в старые лохмотья его небрежно оставили на холодном плиточном полу. Для всех было загадкой – как ребенок не умер?Но на самом деле ответ был у них перед глазами. Ребенок, больше чем кто либо, питает большую любовь к жизни и до последних сил готов бороться за еще одну секунду жизни. Каждое создание рождается с божественным клеймом. Сколько человек растет и погрязает в грехах, столько исчезает след Божьего покровителя и человек становится уязвимым. Дети сильны тем, что они безгрешны, они любимцы Бога. 

И так Безимяный стал Бескрылым. 

Молчаливый, никому не мешающий мальчик, существование которого как будто было в тени, жил в своем мире. Мир, где у него были руки, мир, где там– Снаружи, в 

непроходимых  поворотах города, держась за руки гулял он со своими родителями, мир, где мрачный дождь не такой уж и ужасающий. Ведь там– Снаружи он мог просто лежать в своей кроватке и весь день смотреть телевизор или попробовать самые разные лакомства, что были изготовлены именно для него. Безрукий знал, что сколько глубоко он плывет в своих желаниях, столько и отдаляется от окружающего мира, он знал, что со временем он становится чужим для его Нынешнего Дома, знал, что теряет любовь других детей. Он понимал все, но это его не расстраивало. Этот Дом был простым отражением той жизни, что он мог иметь снаружи этих стен. Он жил надеждами. Его завтраком была надежда, обедом – вера, а ужином были мечты – мечты в цветах разноцветной радуги. В течении дня он отделялся от детей, закрывался на чердаке детского дома и продолжались его бесконечные мечты.  Стены чердака были родными для него, так как туда ходили все мечтательные дети. Это была комната для изгнанников. Так было до него, так будет и после. 

ПОСЛЕ. 

Бескрылый дрожал, он боялся того, что будет после, он ужасался этого ПОСЛЕ. Он знал, что если его не усыновят, придет день, когда он будет вынужден оставить стены Дома.  Стены. Стены, где жившие до него оставляли свои записи, стены, где он не сможет оставить ни одного воспоминания. Он уйдет из Дома, и его забудут, потому что всех когда-либо ушедших забывали, но в мыслях оставшихся они оставались даже написанными словами. А он? Он был Бескрылым… Чердак был еще и убежищем. Он был как бутылкой плывущей в мире, где мечтатели прятали свои самые сокровенные желания и бросали их в открытое море – в невиданный мир. Каждая щель прятала в себе целую жизнь, жизнь ребенка, подростка, отчаивавшегося, изгнанного, мечтателя… Он знал наизусть содержания всех кусков бумаг, которые были спрятаны в разных щелях чердака. Все стремления и мечты детей детского дома одинаковы. Многие из авторов этих записок были умнее и писали свои мечты с разными шифрами, но в течении одиннадцати лет Бескрылый научился читать даже эти разные шифры. Очень часто он видел нарисованное дерево, что означало природу, в другом рисунке можно было увидеть что-то похожее на небрежный рисунок собаки. Было ясно, что автор мечтал о преданности собаки – о преданных друзьях, о преданной жизни. Автор устал всегда быть преданым... а все началось с родителей. На другой картинке собачка лежала на земле с закрытыми глазами, а возле нее в роле охранника сторожил другой пес. Что было непонятного? СЕМЬЯ, вот заветная мечта мечтателя. На одой из стен чердака был изображен багровый цветок с красивыми глазками, которые были полны печалью и ожиданием. Цветок воплощал в себе каждого ребенка в доме, который ждал с верой и надеждой.     

***  

Еще тяжелее было провожать тех, кто уходили в приемные семьи. Порой даже не все могли найти в себе сил провожать своих друзей. И дело было не в боли будущей разлуки, нет, просто в таких обстоятельствах они начинали завидовать, начинали ненавидеть даже самых близких друзей, сравнивая себя с ними. Уходящих с радостью провожали лишь воспитатели, потому что “освобождались от еще одного из этих ненужных детей”. А дети смотрели на уходящего, таяли окна из зависти, которая лилась из их глаз. “Почему он а не я?”.  Но кто бы мог обвинить их  в неумении радоваться за друга? Время от времени уходящие снова возвращались. Их возвращали новые Хозяева, их возвращали так, как возвращают  просроченную еду в магазинах. Причины бывали самые разные, одни не привыкали к Новичку, другие просто жалели за принятое решение, а порой, когда у родителей рождались собственные дети, ребенок из детского дома становился  лишним. Последняя причина пожалуй была самая горькая. Вернувшийся чувствовал, что его предали еще один раз. В его душе рождалось Проклятия – первый зародыш грехопадения.Ребенок вырастал… И уже какой след Божьего покровителя? Безрукий никогда не завидовал уходящим. Он верил, что придет и его час, а если не придет, все равно, в этой жизни у всех есть своя роль и никто не сможет присвоить роль другого. Он знал, что никто никогда, вместо нормального ребенка с Руками не возьмет к себе домой такого безрукого как он. Но он продолжал верить этому слову… ПОСЛЕ… Несмотря на то, что он боялся этого.  

*** 

И в один день он перестал верить Мечтам – тем средствам утешения, что столько времени лечили его сердце. В один день он перестал верить в СИЛУ ЧЕРДАКА, и на вечно закрыл дверь после себя. Он сделал это с твердым решением, что не вернется больше в эту комнату мучений. В один день он перестал верить в добросердечие, в доброту и перестал верить во все человеческое. Это было прежде того, когда он встал на порог этого неизбежного ПОСЛЕ. В свои восемнадцать лет, когда его желанная семья так и не обняла его своими теплыми объятиями, не покачали в своей сказочной колыбельке, не держали его руку и не гуляли по людным улицам города. Он понял, что был обманут Жизнью и решил покинуть ее. И Бескрылый вышел на свой большой полет… Он открыл свои невидимые крылья, тяжело вздохнул в последний раз, он верил, что тоже сможет взлететь как птицы и он пошел вперед. Он взлетел, взлетел как птица, только взлетел не вверх, а глубоко, глубоко вниз… 

И даже сейчас, около детского дома, можно увидеть могилу Бескрылого, могила обомшелая, мрачная, как осенний дождь и холодная, холодная как смерть… 

Сейчас его могила стала новым чердаком. Сейчас все изгнанники и мечтатели собираются около его могилы.  “Порой человек должен умереть, чтобы дать надежду на жизнь другим”- какой-то мечтатель написал это на его могиле. 

Перевод с армянского:  А. Согоян